Весь сезон Кендрик Перри был одним из ведущих игроков нашей команды, поражая болельщиков своей эффективностью. КейПи стал одним из главных действующих лиц «Матча Всех Звезд», именно его трёха на последних секундах принесла победу команде иностранных игроков. К огромному сожалению, в концовке чемпионата Кендрик получил серьезную травму и ему предстоит долгая реабилитация дома, в США. Незадолго до отъезда он дал развернутое интервью корреспонденту издания «НН.Собака.ру» Руслану Гайсину. Приятного чтения!
— Кендрик, ты из Флориды – штата, где круглый год жарко и солнечно. Как тебе русская зима?
— Это был тот момент, которого я боялся больше всего, отправляясь в Россию, не буду скрывать. Но я подготовился – взял с собой как можно больше теплой одежды, обуви, и вот зима закончилась. Сейчас начало мая, за окном погода, которую я люблю больше всего, – мне максимально комфортно. Так что все хорошо. Зиму мы пережили.
— Расскажи о своих первых днях в России: что тебя удивило, к чему пришлось привыкать, чего не хватало?
— Каждый раз, когда приезжаешь в европейскую страну, первое, что вызывает неудобство, – люди не знают английского языка. Но если в Европе еще как-то можно было с этим справиться, то в России я столкнулся с тем, что по-английски не говорит почти никто. Мало людей знает что-то больше, чем «привет» и «пока». В первые дни в городе я не мог спросить или узнать что-то даже в супермаркете: люди меня просто не понимали – с этим было действительно тяжело справиться.
— Недавно к тебе в Нижний приезжала семья – что ты успел ей показать в городе, куда сводил? Какие места в Нижнем стали твоими любимыми?
— Что касается кухни, то я как раз и сводил ее в свои любимые места: «Митрич», «Гаучо», «Боккончино». Мы немного прогулялись по городу, прошлись по Большой Покровской. Родители тоже были немного в шоке от зимы – им пришлось привыкать еще сильнее, чем мне. Но они находились здесь не очень долго: у меня были игры и тренировки, да и они не могли провести здесь много времени. Я просто хотел показать семье, как живу здесь, и, думаю, у меня здорово получилось. Они посетили три матча БК «НН» и мы вместе сходили на игру ХК «Торпедо» – это был первый хоккейный матч в жизни для нас всех. Мы достали билеты, хотя это было непросто, пришли на трибуну, и один из болельщиков подарил нам шарф с символикой клуба, просто отдал от души, чтобы мы тоже болели. Мы здорово провели время, было круто.
— Мечта каждого молодого американского баскетболиста – это карьера в NBA. Я очень хочу знать, что ты чувствовал, какие у тебя были мысли, когда ты принимал решение продолжить карьеру за границей – в Европе, в Австралии? С какими предрассудками ты сталкивался до переезда?
— Верно. Конечно, когда американский ребенок начинает играть в баскетбол, все, о чем он думает, – это NBA. Но в какой-то момент ты понимаешь, что можешь продолжить карьеру где-то еще или закончить с баскетболом совсем. В таком случае продолжение карьеры где-то за рубежом, в Европе, – это не такой уж плохой путь. Это не значит, что ты должен забыть об NBA: ты можешь попасть туда, пойдя другой дорогой, не напрямую, а хорошо выступая за рубежом. Карьера в Европе открывает очень много дверей, возможностей для продолжения карьеры в самых разных странах, турнирах, в том числе в NBA.
— А сам ты продолжаешь думать об NBA?
— Да, конечно, всегда. Где-то в голове всегда живет мечта попробовать себя в NBA. Но мне выпала удивительная возможность путешествовать по миру, познакомиться с разными культурами и традициями. Это то, что останется со мной, когда баскетбол закончится. То есть неважно, будет в моей карьере NBA: этот опыт, – то, что я испытал и увидел, – будет со мной на протяжении всей жизни. Попаду я в NBA или нет – это точно не критерий оценки моего успеха, от этого не зависит, плохая у меня карьера или хорошая. Сейчас я благодарен судьбе за то, что имею.
— После университета ты уехал в Австралию. Многие шутят, что Австралия – это совершенно другой мир. Это действительно так, там есть что-то странное?
— Действительно, многие люди думают, что Австралия – это какой-то другой мир, но для меня она оказалась наиболее близкой из всех мест, где я играл. Во-первых, там тепло, во-вторых, все говорили на английском. Я себя чувствовал практически как дома – мне это очень помогло в дальнейшей карьере. Я попал не в какую-то чужую, незнакомую страну, а как раз в наиболее американскую из всех, где бывал. Там очень классно: я познакомился с большим количеством людей, очень полюбил Сидней. Я очень рад опыту, который там приобрел, и тому, что моя профессиональная карьера началась именно так.
— После Австралии ты играл в таких странах, как Македония и Венгрия. Не самые сильные чемпионаты в Европе. Когда прошлым летом объявили о твоем переходе, мало кто мог представить, что ты будешь одним из лучших скореров лиги и лидером команды, но ты сразу начал просто разрывать! Когда ты перешел в «Единую лигу ВТБ», почувствовал разницу в уровне? Как ты смог так быстро и легко адаптироваться и ожидал ли сам, что будешь так успешен в первом же сезоне?
— Да, я ожидал, что получится именно так. Нет никакого смысла идти в один из лучших чемпионатов Европы с мыслью, что не станешь его звездой. При этом я не хочу, чтобы ты думал, что я слишком самоуверенный. Я прекрасно понимаю, что «Единая лига ВТБ» – один из сильнейших турниров на континенте, в нем играют игроки высочайшего уровня, но если посмотреть глобально, то это такие же люди, которые, как и ты, просто хотят попасть мячом в кольцо. Нужно продолжать работать и пытаться обыграть их. Если у тебя нет этой уверенности, то нет никакого смысла выходить на паркет каждый вечер, стесняясь чего-то. Наоборот, нужно выходить и разрывать.
— И в итоге ты попал на «Уикенд всех звезд» в Москве! Расскажи, какая там была атмосфера, похож ли он чем-то на «Уикенд всех звезд» NBA?
— Атмосфера была великолепная, очень круто! Я не могу сравнивать с американским матчем, поскольку я в нем не участвовал, но год назад я был на таком событии в Венгрии, и по сравнению с венгерским это было очень здорово и в плане атмосферы, и в плане организации. Я очень благодарен тем, кто голосовал за меня, кто позволил мне стать частью этого события. Великолепный опыт, который я запомню надолго!
— По мнению многих, тебя засудили на конкурсе бросков сверху – что ты об этом думаешь, какие ты испытывал эмоции после оглашения результатов?
— Возможно, это был единственный момент за весь сезон, когда я немного в себе засомневался. До этого я всегда себе говорил, что не нужно ничего бояться, нужно быть уверенным в себе, но во время решающего броска, когда я должен был брать энергию от заполненных болельщиками трибун, от того, что происходит, я просто занервничал – у меня не получилось. Но ничего страшного, это был отличный эксперимент. После конкурса была сумасшедшая шумиха: мне писали в соцсети и мессенджеры, телефон просто разрывался от слов поддержки, писали, что такие конкурсы не должны судить люди, не разбирающиеся в баскетболе (одной из судей конкурса была заслуженный тренер России по фигурному катанию Татьяна Тарасова. – Прим. ред.). Но если уж говорить начистоту, то это я не попал в корзину во время броска, – какие вопросы могут быть? Если бы я забил, то никто бы не отобрал у меня победу и нечего было бы обсуждать. Но так получилось, что даже своим непопаданием я сделал этот конкурс запоминающимся, – теперь даже через несколько лет болельщики будут вспоминать не того, кто победил, а того, кто занял второе место, так что ничего страшного.
— Зато ты попал во время решающего броска на самом «Матче всех звезд»! Ты уже говорил про уверенность в себе, но ты совершаешь много важных решающих бросков – скажи, как ты воспитывал в себе эту уверенность, как ты пришел к тому, чтобы брать на себя игру в решающий момент?
— Эта уверенность росла внутри меня буквально с детства. Ее во мне воспитывали члены семьи, которые всегда говорили мне, что любят меня, что я всегда буду для них личностью, индивидуальностью, несмотря на то, чем занимаюсь. Баскетбол это или не баскетбол, победа или поражение – они все равно поддерживают меня, они всегда рядом. И это не только родители и брат – это еще шесть-восемь родственников. Когда у тебя за спиной такая армия, которая тебя поддерживает, ты растешь, обретаешь уверенность, но при этом меня учили оставаться скромным. Я никак не готовлю себя, не говорю себе перед игрой: «Так, сегодня ты должен совершить решающий бросок, действовать так и так», – нет, все происходит естественно и логично, я делаю то, что обычно, потому что я с этим вырос. При этом я, бывает, и промахиваюсь и, как и любые другие игроки, в таких ситуациях вспоминаю слова моей семьи: «Все в порядке, это не конец света, жизнь на этом не заканчивается». Поэтому на площадке я всегда спокоен, с холодной головой принимаю и победы, и поражения.
— Поговорим о тренере Зоране. Во время матчей он очень импульсивен и строг – любому игроку может достаться прямо по ходу матча. А какой он за пределами площадки?
— Все люди разные, и каждый показывает свои эмоции по-своему. Некоторые тренеры высказывают претензии игрокам публично, некоторые – за закрытыми дверями. Зоран – один из тех тренеров, которые показывают свои эмоции всегда, и не важно, игра это, тренировка или простое общение: он действительно эмоциональный человек. Думаю, невозможно заниматься баскетболом, играть, тренировать, не вкладывая свои эмоции. Зоран – человек, которого я невероятно ценю, чье плечо я чувствую с самого первого дня в клубе, он из тех людей, с кем я пошел бы в разведку, и я уверен, что Зоран обо мне думает так же. Мы очень доверяем друг другу, и, когда я узнал о травме, тренер стал одним из тех, кто был рядом, очень много со мной разговаривал и поддерживал. Я очень хочу сохранить с ним близкие отношения за пределами площадки, независимо от того, буду ли я играть под его руководством. Он очень дорогой мне человек, за которым я всегда готов пойти, и я очень благодарен ему за этот сезон.
— Все команды Зорана Лукича ощущаются как единый механизм, они сильны именно коллективно, и очень редко я видел, чтобы один игрок так выделялся на площадке. Но ты берешь игру на себя, и, даже если посмотреть на статистику, твои показатели очень выделяются. Как вы с тренером к этому пришли: это вопрос вашего доверия, или ты отвоевывал право решать эпизоды самостоятельно в играх и на тренировках?
— Американцу, который играет за рубежом, очень сложно стать лидером в европейской команде. Я имею в виду, что у меня здесь не такая длинная карьера, как у тех, кто отыграл в Европе уже 10-12 лет. Это мой пятый год в Европе, и раньше, когда я приходил в новый клуб, там были гораздо более опытные люди, которые не так уж сильно меня поддерживали, которые уже могли общаться с тренером на равных. В такой ситуации приходится всем доказывать, что именно ты достоин играть и быть лидером. «Нижний Новгород» – первая команда в моей жизни, где все абсолютно равны и не важно, у кого лучше получается на паркете. В раздевалке у нас есть однозначные лидеры – Владо Драгичевич и Евгений Бабурин, которые всегда могут поддержать, приободрить, завести партнеров, подают всем пример, и при этом совсем не важно, кто становится лидером на паркете во время игры. Это могут быть сами Владо и Буба, а может, например, Ваня Стребков. С Ваней мы играем на одной позиции, но у нас нет проблем: мы можем приносить результат, играя вместе или подменяя друг друга, при этом отлично общаемся, живем в одном номере на выездах, и даже на «Матч всех звезд» поехали вместе. И другие ребята тоже раскрывались на протяжении сезона, брали обязанности лидера в других играх, поэтому у нас в команде нет одного конкретного лидера. Зоран никогда не говорил мне: «Ты будешь лидером, я буду доверять только тебе». Этот сезон получился очень тяжелым: было много травм, одни игроки только восстанавливались, а другие тут же выбывали – состав постоянно был несбалансированным. Я бы не хотел назвать все это борьбой, скорее, это просто было очень сложно. Но, несмотря на все трудности, БК «НН» стал первой командой, где я ощущал такую сильную поддержку в раздевалке, где все игроки были как единый кулак.
— Во многом из-за травм других важных игроков этой весной ты играл практически без замен. Думаю, это сложно не только физически, но и психологически. Помимо массажистов, что тебе помогало расслабиться, отдохнуть, прийти в себя после матчей?
— Особо ни о чем думать и не приходится, когда играешь каждые 2-3 дня и проводишь 35-40 минут на паркете. Я просто ощущал, что это нужно моим партнерам, тренерскому штабу, болельщикам. Я делал это ради них, ради города, ради людей, которые за меня болеют: они с нами весь сезон, и я должен их порадовать. Это очень сложно физически: тело к этому не готово, – но наши доктора и массажисты хорошо справлялись. А что касается всего остального, то я настраивал себя, что делаю это ради других. А когда на тебя так рассчитывают, то просто выходишь и делаешь то, что можешь, и ни о чем больше не думаешь.
— «Финал четырех» Кубка России. Правила турнира не позволяют играть иностранцам. Что ты чувствовал, когда ты здоров и готов играть, но не мог помочь команде? Наверное, это странно.
— Не важно, есть травма или нет. Даже если бы у меня была травма, я бы чувствовал то же самое. Мы же все пришли сюда играть в баскетбол, и все, что тебе не позволяет выйти на площадку, очень тяжело переживать. В такие моменты все, что ты можешь сделать, – подчиниться правилам и поддерживать свою команду эмоционально, и в раздевалке мы старались подсказать что-то парням, как-то их настроить.
— И напоследок: назови 3 вещи, которые случились с тобой здесь, в Нижнем Новгороде, и которые ты запомнишь надолго.
— Первое, что я назову, – это Лига чемпионов и тот факт, что БК «Нижний Новгород» стал первой командой из России, попавшей в плей-офф. Это здорово и для клуба, и для страны. Команды из России добивались успеха в Евролиге, Еврокубке, но никто до нас не добирался до топ-8 Лиги чемпионов. Большое событие, к которому я оказался причастен.
Во-вторых, это мои проблемы со штрафными. В одном из матчей я промазал в пяти бросках, и я знаю очень много стран, где зрители меня бы освистали за это. Но в Нижнем, когда я выходил на линию штрафных после промахов, весь стадион хлопал и меня поддерживал. Это удивительно, как будто болельщики хотели, чтобы я забил, даже больше, чем я сам. Вообще, вся эта борьба с моими штрафными бросками надолго мне запомнится.
И третье – это сам город, команда и страна, которая действительно изменила мое мировоззрение. Россия поменяла его так же, как и Австралия. Когда я ехал сюда, практически ничего не знал, не представлял, что это за страна вообще. Было много опасений, поскольку все, что говорится в американской прессе о России, сильно влияло на мою точку зрения. Когда я сказал, что еду сюда, меня отговаривали: «Что? Почему Россия? Как ты решился туда поехать?». Но в итоге все оказалось совсем иначе: за весь год я ни разу не ощутил плохого отношения к себе, никакого негатива, только любовь и поддержку! У меня кардинально поменялось мнение о стране и людях, и это совершенно точно та команда, тот город и та страна, что я запомню надолго.
Беседовал Руслан Гайсин
Автор фото: Евгений Еремеев
